Просто позови. Практика жизни

Глава 1 — Вкус свободы

Я стояла на балкончике у ректорского кабинета и с тоской смотрела вниз на Элинну, которая ободряюще помахала мне рукой. Именно староста притащила меня к ненавистной лестнице, сказав, что Амир велел прийти. Когда я вернулась в комнату после общения с Эди, девушки потребовали рассказать, откуда взялись ожоги на моей спине. Я поведала им всю историю. Мелинда только ахала и говорила, что она бы «Ни вжисть на такое не решилась’. Элинна напротив заявила, что я полная дура и имела все шансы отправиться к духам прямо из своей любимой аристократической академии. Добавила, что придётся за мной следить, иначе буду и дальше влипать в подобные ситуации. Однако игры в молчанку прекратились, староста вновь фыркала на меня и язвила, а я втайне радовалась, что всё стало как прежде.

Теперь же, стоя у столь хорошо знакомой двери, я себя чувствовала далеко не лучшим образом. Ох, не к добру меня вызвали! Зря только надеялась, что выходка сойдёт нам с рук, а Амир удовлетворится результатом и всё нам простит. Он просто дождался подходящего момента и вызвал нас обоих. Эди уже был в кабинете, а мне приходилось ожидать своей очереди. Пальцы нервно сжали перила, когда позади отворилась дверь. Эдвар подошёл ко мне и обнял за плечи.

— Ну, Летта. Твой черёд, он ждёт.

— Что он тебе сделал? Хотел задушить?

— Нет. Он снял меня с должности заместителя по учебной части. Теперь я рядовой преподаватель с кучей дополнительных занятий.

— О, мне жаль, что тебя понизили.

— Да ладно, я правда виноват. Удачи тебе. Я пойду. Мне выдали столько заданий, что ближайший год я буду занят. До встречи.

— Всего хорошего, Эди.

Я проводила мужчину взглядом, оттягивая неприятный момент, а потом повернулась к двери. Как же я не хочу туда входить! Протянув руку, постучала, всё ещё надеясь, что мне велят отправляться куда подальше. Надежды не оправдались, а приглашение войти прозвучало как приговор.

— Добрый день, Виолетта.

— Добрый день, — ответила я, не поднимая головы.

— Присаживайся.

— Спасибо.

Я прошла к дивану, села и уставилась на сложенные на коленях руки.

— Ну? — прозвучал насмешливый голос Амира.

— Что? — я подняла голову, столкнувшись с внимательным взглядом зелёных глаз. И вдруг подумалось, как хорошо, что кровная защита не оставляет побочных эффектов, вроде медленного угасания, и теперь ректор выглядит таким же энергичным и полным сил, как раньше. А ещё, мне показалось, что его отношение тоже переменилось — стало почти таким, как прежде (до происшествия с Элизабет). Он снова подшучивал надо мной.

— Ну где же слова: ‘Простите, ректор Сенсарро, я больше так не буду’?

— Ректор Сенсарро… — я замялась, размышляя, как лучше продолжить.

— Не слишком обнадёживающее начало.

— Я не уверена…

— В чём?

Я замолчала, подбирая слова.

— Не уверена, что больше не будешь, я правильно понял?

— Ну, в целом…

— Хм, Виолетта, не припомню, чтобы раньше из тебя слова приходилось клещами вытягивать.

— Ректор Сенсарро, я правда очень сожалею, что всё так получилось. Однако как я могу давать какие-то обещания, если не уверена, что исполню их.

— Потому и хочу, чтобы ты пообещала, Виолетта. Пообещала не соваться, куда не следует.

— Я могу пообещать, что постараюсь всесторонне взвешивать свои решения прежде, чем предпринимать активные действия.

— Постараешься?

— Да.

Ректор побарабанил пальцами по столу, а я опустила взгляд на ковёр, изучая замысловатый рисунок и пытаясь понять, что он означает.

— Ладно, Летта. Хорошо. Старайся. До игр осталась неделя, ну а потом, как мы и договаривались, я верну тебя родителям.

В душе что-то неприятно кольнуло.

— Не терпится избавиться от меня? — Спросила я и тут же прикусила язык, но слишком поздно. Брови Амира насмешливо изогнулись, и ректор ответил:

— По моему мнению, они единственные люди, которым удавалось справляться с тобой все эти годы. Твои способности пугают меня, Летта. Ты сговорилась с Эди за моей спиной! Я не уверен, что моих сил хватит, вытаскивать тебя изо всех переделок, куда ты будешь попадать.

— А с чего вы решили, что я буду в них попадать? — я возмущённо взглянула на серьёзного ректора, в глазах которого плясали смешинки.

— Обычно люди, которые ощутили вкус свободы, пускаются во все тяжкие и непременно попадают в переделки.

— О какой свободе вы говорите?

— Я говорю о том, что в академии аристократии видел перед собой благовоспитанную барышню, которая прежде, чем занять своё место, смахивала с него платочком пылинки, разговаривала исключительно благопристойными фразами, поучала всех вокруг и всячески берегла образ настоящей леди. А теперь ты сломя голову кидаешься во всевозможные авантюры, а скоро с твоей способностью влиять на людей начнёшь тянуть за собой друзей и перевернёшь всё в моей академии с ног на голову. Виолетта, ты даже разговаривать стала иначе. Ты теперь дерзишь при каждом удобном случае, и просто повергаешь меня в ужас.

И отчего такое чувство, что надо мной откровенно смеются? Вот опять он начинал меня злить. Усомниться во мне подобным образом! Что за манера — выставлять меня непонятно кем? У меня есть голова на плечах и я вполне могу себя контролировать.

— А самое печальное, тебе нравятся эти авантюры и ты ничего не боишься. — Подвёл итог Амир, будто ставя жирную точку в приговоре моему здравомыслию.

— Вы не правы. Я очень испугалась в кабинете Анделино, но думала, вы обязательно что-нибудь придумаете.

— Я не против придумывать, как вытаскивать тебя из возможных неприятностей, но лучше пусть это останется в моём воображении. В реальности вполне хватает академии с её студентами. А для тебя сейчас нет ничего увлекательней приключений, не так ли? Это наводит на мысли, что пора вернуть тебя родителям, иначе именно меня обвинят в том, что я развратил самую совершенную леди в королевстве Амадин.

— Ну уж знаете ли! Я сама отвечаю за свои поступки, и у них есть причины, это не блажь и не жажда приключений. Я взрослый человек, а не маленькая девочка! С чего вы думаете, будто мне нужен присмотр родителей? Я не собираюсь больше слушать ничьих нравоучений! Не желаю заучивать наизусть дурацкие стихи, посещать смертельно-скучные вечера с этими манерными кумушками, а ещё позволять запирать себя в комнате, потому что я где-то оступилась и показала себя с дурной стороны! Насколько я помню, именно вы раньше упрекали меня в чёрствости, а теперь недовольны излишней эмоциональностью?

— Скорее порывистостью. Так ли необходимо бросаться из крайности в крайность?

— Я не бросаюсь!

Мне кажется, я даже раскраснелась от гнева. Амир же сцепил пальцы, положил на них подбородок и задумчиво меня разглядывал. Я смутилась, расправила складки на платье и с особым вниманием принялась изучать дверцы шкафа. Кажется, он в чём-то прав. Куда исчезла моя сдержанность? Неужели испарилась, едва меня перестали поучать насчёт каждого шага, взгляда или вздоха?

— Ну а как ты видишь свою дальнейшую жизнь? — негромко и кажется теперь уже действительно серьёзно спросил Амир.

Я, честно, не могла ему ответить. Раньше я точно знала, какой будет моя жизнь. Я полагала, что живу правильно, внушала себе, что довольна всем и у меня всё есть. Может я действительно ощутила себя свободной теперь, когда меня не сдерживает этот груз условностей. Я ведь уже и домой не слишком стремлюсь вернуться. Только сама не знаю, как быть дальше. С родителями я точно собиралась встретиться, а вот потом… этого я пока не решила.

— Я приму решение после состязаний, после встречи с родителями.

— Как хочешь, Виолетта. Ты ведь взрослый человек, а не маленькая девочка, решай сама.

И снова он улыбался, а я неловко поёрзала на диване.

— Я пойду?

— Сперва вот это возьми. — Амир протянул мне лист бумаги. Я подошла и с опаской взяла его.

— Список отработок?!

— Да. На ближайший месяц.

— Как вы снисходительны ко мне! Эди на год вперёд расписали.

— Не могу же я быть столь жесток по отношению к нежной леди. Теперь можешь идти, Летта.

Я вздохнула, пробежав глазами перечень заданий. Если на месяц, то значит он не планирует прогонять меня из академии сразу после окончания игр. Я даже улыбнулась.

— Попалось что-то интересное? — спросил Амир, переводя взгляд на листок в моих руках.

Я пожала плечами и улыбнулась уже ректору.

— Ректор Сенсарро, а что теперь будет с куратором Вальенте? Зор его вычислит, и что тогда?

— Не думаю. Я старательно замёл следы.

— А как?

— Я установил на столе разрывной анемолит. Активация в случае нашего благополучного ухода. После переноса анемолит должен был сработать и стереть следы. Зор не сможет наверняка узнать, кто проник в кабинет.

— Но он ведь заподозрит куратора Вальенте? У вас был допуск в ректорский кабинет и в академию…

— Не заподозрит.

— Почему?

— Дня через три куратор умрёт от сердечного приступа, тихо скончавшись в своей постели.

— Но как? Я думала, он пропадёт без следа или исчезнет в результате несчастного случая.

— Нет, — покачал головой Амир. — Исчезновение наводит на подозрения.

— А вы умеете притворяться мёртвым? Думаете никто не определит, что вы живы?

— Нет, Летта, этого я не умею. Не настолько хорошо, чтобы обмануть целителей.

— Но как тогда?

— Какая ты любопытная.

— А вы не можете сказать?

— Могу.

— Так расскажите!

Амир рассмеялся, а потом откинулся в кресле и произнёс:

— Амир Вальенте мой дальний родственник. Он вёл в последние годы очень замкнутый образ жизни. Ни с кем не общался, жил в своём доме недалеко от Арильских гор. Это днях в четырёх от столицы. Я навещал его иногда. Наверное, я был единственным, кто не забыл про Амира, когда он стал слишком стар и немощен. Он был рад этим встречам, хотя старость изменила его, у него появились странные причуды. Старик сделался настоящим затворником, разогнал всех слуг, искренне считал, что они его обворовывают. Я поставил своего человека незаметно приглядывать за ним. Этот человек и сообщил о смерти Амира. В тот день я как раз приехал навестить старика. Всё так совпало… впрочем, оно и к лучшему. Именно тогда мне пришла в голову идея, воспользоваться личиной Амира Вальенте.

Я широко раскрыла глаза, с испугом глядя на ректора.

— Отчего ты пугаешься, Виолетта? Для этого не нужно делать что-либо с телом покойного. Просто составить обычный иллюзорный эликсир. Ну может быть кинуть в него пару волосинок.

— Ох, — я передёрнула плечами, а Амир только хмыкнул.

— Я перенёс его тело в склеп и наложил на него чары сегридации, чтобы всё оставалось в том же виде, как и в момент смерти. Теперь если мы перенесём его в дом, где якобы жил куратор Вальенте, и снимем заклинание, то даже при проверке, которую обычно проводят целители, выяснится лишь, что старик умер от сердечного приступа несколько часов назад.

— Как вы ловко всё придумали! А как Вальенте оказался во дворце? Никто не удивился, что он вдруг вернулся к работе, хотя, по вашим словам, был затворником?

— Его позвал на работу один из дворцовых наставников. Они были друзьями в юности, а потом Вальенте вдруг написал старому приятелю письмо. Ему неожиданно захотелось поработать преподавателем. А маг он был опытный, так что…

— А зачем вам нужно было во дворец?

Амир усмехнулся.

— Сколько вопросов, Летта. Может хватит откровений на сегодня, у тебя впереди очень много дел.

Я вздохнула, поняв, что ничего мне больше не расскажут, положила список заданий в карман и, попрощавшись, вышла из кабинета.

— Это наши последние тренировки. Согласно правилам состязаний, на поле могут отправиться только десять человек. Пять участников и те, кто в случае, когда участник выбывает из строя, смогут его заменить. Все вы хороши в той области, где наиболее полно раскрываются ваши способности. Я выбрала пятерых лучших, кто достоин отстаивать честь веерской академии.

Я обвела взглядом молчаливых студентов, все ждали продолжения.

— Итак, основной состав:

— Арктур — сила и выносливость, тебе на замену пойдёт Анжин.

— Давид — магические формулы, твоя замена это Тени.

— Линда — контроль над эмоциями, Стэс подменит тебя в случае непредвиденной ситуации.

— Энтони — скорость реакции. Тебе нужно будет подойти к ректору Сенсарро после этого занятия, он собирался дать тебе какую-то дополнительную информацию. Истор, ты пойдёшь вместе с ним.

— За генерирование защиты отвечает Чати, твоя замена Эниса.

— На этом всё, теперь можете идти, отдыхать, набираться сил перед завтрашними соревнованиями. Вечером для всех общий сбор в библиотеке.

Студенты пошли к лавкам, взять вещи, а я подхватила свою сумку и уже собиралась направиться к выходу, как дорогу мне заступил Истор.

— Малышка, постой.

— Ист…

— Нет, дай мне сказать. Ты не определила меня в первый состав ни по выносливости, ни по реакции?

— Я планировала поставить тебя на реакцию, поскольку по силе ты уступаешь Арктуру, но ректор Сенсарро утвердил именно Энтони, когда я согласовывала с ним список кандидатур. Ему виднее, ты сам понимаешь.

— Значит я замена? Отлично! — Истор сжал губы, а потом отвернулся и вышел из зала, громко хлопнув дверью. Линда бросилась следом, а я дождалась, пока все покинут тренировочную, и только тогда отправилась к себе.

— Летта, правда, что Иста не взяли в основной состав?

— Тебе Дин рассказал?

— Ага. Ист сам не свой, злится. Дин его успокаивает.

— Я здесь совершенно не при чём. В ходе нескольких испытаний на последних тренировках Энтони опережал Истора на несколько секунд. В итоге, Амир выбрал его.

— Амиру виднее. А Ист позлится и перестанет.

— Думаешь, на меня злится?

— На весь мир он зол. — Элинна махнула рукой. — Пошли на ужин, а то со всеми этими состязаниями у половины студентов аппетит пропал.

— Зато у тебя увеличился, — указала я рукой на пару булочек, которые староста принесла в комнату после обеда.

— У меня всегда так, когда я переживаю. Эй, Мэл, хватит зубрить, ты итак уже в своей группе одна из лучших, для кого так стараешься?

— Ни для кого. — ответила Мелинда, но вспыхнувший на щеках румянец вызвал у меня некоторые подозрения. Так, так, кажется я что-то упустила из виду, а Элька как всегда в курсе.

— Пошли! Хорош уже учиться.

Глава 2 — Последствия

Когда мы заняли свой любимый столик, за которым сидели теперь впятером (Дин тоже присоединился к нам и обычно устраивался рядом с Истором, напротив Элинны), оказалось, что парни ещё не пришли. Я окинула столовую взглядом, полагая, что Ист вполне мог настолько обидеться, что занял другое место, а может и рядом с Линдой, которая утешила парня. Однако девушка обнаружилась чуть далее, и сидела в компании подруг, а хмурое выражение лица и то, как она нехотя ковыряла вилкой свой ужин, подсказали, что утешение успехом не увенчалось. На самом деле, у меня самой не было аппетита. Кусок в горло не лез.

— Летка, что не ешь? Завтра силы всем понадобятся.

— Не знаю.

— Боишься? — спросила Мелинда.

— Нет, это участникам сейчас страшно, а я просто наблюдатель, только нервничаю немного.

— Привет. — К столику подошла однокурсница Мелинды и протянула той небольшой свёрток.

— Опять в доставке перепутали. Это тебе из дома прислали, а мне вручили.

— Спасибо, Мелисса.

— Не за что. Вечно они наши имена путают!

— Что там? — с любопытством спросила староста, когда Мелинда развязала тонкую бечёвку.

— Капли.

— Какие капли?

— Тётка делает. Эти вот — если голова вдруг заболит, эти успокаивают, когда сильно нервничаешь, вот — для сна крепкого, здесь ещё для памяти и бодрости.

— Ну ка, дай те, для памяти, посмотреть. Правда помогают?

— А то. На травах настояны. Вот, Виолетта, тебе как раз пригодятся, чтобы волнение унять. — Мелинда протянула мне темно-зелёный пузырёк. — Накапай в чай, капель пять, не больше. Уж больно они горькие.

— Спасибо, Мелинда, — я взяла протянутый бутылёк и оглядела его с опаской, — но я не слишком доверяю народным средствам.

— Ну и зря, Саина хорошие капли готовит. Плохо, что горькие.

— Я открыла крышечку и понюхала. Действительно, пахло травами.

— Что-то парней нет, — протянула староста, поглядывая по сторонам. — О, Селена! Привет.

Элинна замахала рукой, и я увидела проходящую неподалёку Селену с подносом в руках. Она замедлила шаг, а потом остановилась в нерешительности.

— Привет.

— Садись к нам.

— Я бы с радостью, но… меня там ждут. — Селена кивнула головой в сторону столика неподалёку.

— Да? Ну ладно. Но с нами интересней.

Селена улыбнулась и пошла дальше.

— Летка, а вы с Селеной не ладили, пока в своей академии учились?

— Ладили. Просто потом разошлись, поскольку наши мнения не совпали насчёт… одного из преподавателей.

— О, интересно! Расскажи!

— Эм…

— Привет, девчонки! — радостный Дин внезапно возник у столика и занял место рядом с Элинной.

— Привет, — заулыбалась староста. — Что весёлый такой?

— А чего грустить? — раздался позади меня голос Истора. — Сладкая, как настроение?

— А? Хорошо. — Я обернулась к сияющему парню, который разглядывал меня с чересчур весёлым выражением лица, а в глазах так и плескался азарт.

Истор вдруг устроился на скамье рядом и обнял меня за плечи, притягивая к себе. На меня повеяло слабым запахом алкоголя.

— Ты пил, Ист? Завтра ведь игры!

— Да мы с Дином по паре стаканчиков пропустили.

— Откуда у вас вино? — строго вопросила староста, недовольно поглядывая на Дина.

— Чтоб горло промочить отчитываться нужно? Здесь же не казармы, а академия. Или ты, Элька, нянькой заделалась? — Ист дёрнул девушку за рыжую прядь.

Элинна обиженно насупилась, а я попыталась снять с плеча тяжёлую руку, ощущая себя крайне неловко. Одно дело, когда он проявлял знаки внимания наедине, во время тренировок, а совсем другое, когда делал это прилюдно в столовой, где в это же время ужинали и преподаватели.

— Ист, отпусти!

— Что ты так нервничаешь, малышка. Не можешь даже утешить немного?

— Тебя Линда не утешила?

— Она пыталась, но ты ведь лучше.

У меня даже щёки покраснели от такого сомнительного комплимента.

— Ист, убери руку!

— Конфетка, у тебя сердце каменное. — Проговорил парень, прижимая меня ещё теснее.

— Если верить куратору Вальенте, вместо сердца у меня амарил, так что ты недалёк от истины. Отпусти сейчас же!

— Отпустил! — заявил Истор, выпуская из захвата моё плечо, но совершенно неожиданно, ухватил меня за талию и перетащил к себе на колени.

Я задохнулась на миг от возмущения, а Истор положил руки на стол, поймав меня в капкан.

— Всё, не держу. Эй, Дин, передай мне тот стакан с водой, что-то после вина пить охота. — Как ни в чём не бывало обратился он к другу.

— Истор! – зашипела я, поймав взгляды нескольких студентов. – Отпусти немедленно, а то пожалеешь.

Истор, будто не слыша меня, осушил свой стакан с водой.

— О, малышка, что ты пьёшь. Сок? – Он потянулся к моей кружке. У меня же внутри всё кипело от бешенства. Если начну сейчас голосить, вырываться и колотить Истора, все вокруг просто взорвутся от смеха. Ещё и поспорят друг с другом, укротит ли противный веер зазнайку-аристократку. Я кинула взгляд в сторону преподавателей, но те на нас не смотрели, занятые ужином и разговорами о предстоящих состязаниях. Может привлечь их внимание? Одной с пьяным Истом явно не совладать, особенно если он решит меня не отпускать.

— Ист, кончай дурачиться. – велела Мелинда, ударив Истора по руке.

— А не хочу. – нагло заявил тот, отставил мой стакан и снова дёрнул старосту за волосы.

Я вдруг заметила зелёный бутылёк на столе. Кажется кому-то здесь не помешает успокоиться. Незаметно схватив пузырёк, отлила немного в сок. Пей теперь, надеюсь, эти капли достаточно горькие. Ист, который как раз закончил дразнить Элинну, снова потянулся за кружкой и сделал большой глоток. И в следующий миг скривился, а потом вдруг лицо его посерело, глаза закатились и он свалился со скамьи, утянув меня за собой.

— Ист! – я распласталась поверх растянувшегося на полу парня, в испуге заглядывая ему в лицо. Его тело вдруг забилось в конвульсиях, а на губах выступила пена.

— Истор! – заорал подскочивший со скамьи Дин.

— Помогите! – закричала Элинна.

А в следующий миг меня резко дёрнули наверх, поставив на ноги, а рядом с Истом опустился Амир и провёл над его лицом ладонью, отчего оно будто окаменело, а сам парень вытянулся в струнку и замер.

— Эди, Дин, несите в лазарет. Живо!

Мужчины подхватили Истора с двух сторон и помчались на выход. Амир же развернулся ко мне.

— Твоя работа? Что ты сделала?

Я непонимающе глядела на него, всё ещё не придя в себя от шока.

— Эллина? Что она сделала?

— Я не видела.

— Я капли ему в сок добавила. – Прошептала я.

— Элинна, бери её кружку. Обе за мной. Амир быстро устремился к двери, а мы кинулись вдогонку, едва поспевая за его стремительными шагами.

До лазарета добрались в рекордное время. Истора уже уложили на кушетку, а рядом сидела Диана.

— Что с ним? – коротко спросил Амир.

— Не могу понять. Ты его подверг заклинанию заморозки?

— Да. Единственное, что мог сделать в тот момент. У тебя  минуты три на диагностику, дольше держать его в таком состоянии нельзя. Элинна, кружку.

Эля протянула ректору кружку, а он начертил на ней какую-то неизвестную формулу, чьи символы вдруг замерцали разными цветами.

— В составе травы. – Обратился к Диане Амир, указывая той на знаки.

— Травяной успокаивающий настой. Сочетание этих трав в целом безопасно, но среди них есть лепракос – слабо ядовитое растение. Что-то из выпитого Истором усилило эффект от ядовитых составляющих, это привело к отравлению. Девушки, что он ещё пил сегодня?

— Вино какое-то, – тут же ответила Элинна. Я же промолчала, не в силах отвести взгляд от неподвижного парня.

— Какое?

— Дин, какое вино вы пили?

— Не знаю. Ист притащил бутылку, мы и распили на пару. Опьянели немного, только и всего.

— Этот знак странно мерцает, – сказал вдруг Амир, проводя пальцем по одному из символов, хотя я не видела абсолютно ничего ни в самих знаках, ни в их мерцании.

— Возможно, реакция от смеси настоя с соком. Сейчас нет времени проводить детальный анализ. Отравление слишком сильное, к тому же в крови алкоголь, а это ещё хуже. Он может снизить эффективность противоядия. Мне придётся действовать наугад, но результат плохо предсказуем.

— Насколько плохо? – не выдержала я.

Диана не ответила, опуская глаза.

— Тут дверь в лазарет вновь распахнулась и в комнату ворвалась Линда.

— Что с ним?! – девушка бросилась к Истору, но Эди перехватил её на полдороге, а Амир коротко велел выйти всем, кроме меня. Эди передал упирающуюся Линду Дину и закрыл дверь.

— Диана, действуй, осталось меньше минуты.

Целительница бросилась к шкафу и вытащила из него шприц, жестяную коробку и ампулу с зелёным раствором.

— Открой ему рот, Амир.

Ректор быстро исполнил просьбу, а я вдруг отчётливо вспомнила тот момент, когда сама помогала целительнице лечить ректора.

Насыпав на язык Иста коричневый порошок, Диана набрала в шприц лекарство и сделала укол.

— Без магии, Ди? – спросил Эдвар.

— Боюсь, ускорение процесса ему навредит. Здесь не всё так просто. Нужно обезопасить яд, а потом вывести из организма. Однако он уже мог вступить в реакцию с клетками.

— Снимаю заклинание, – Амир склонился к Истору и вновь провёл над его лицом ладонью. В следующий миг парень опять затрясся, потом вдруг согнулся пополам и вновь упал на кушетку, лишившись сознания.

— Выживет? – вдруг спросил ректор.

— Ждать нужно, я не могу ни в чём тебя уверить.

— Как долго?

— Сутки.

— Но почему? – не выдержала я, схватив Диану за руку. – Как мог обычный успокаивающий настой подействовать подобным образом?

— Состав его не самый обычный, Виолетта. Желательно такие вещи ни с чем не смешивать.

— Но я правда не хотела, я даже не думала…

— Всем известно, Виолетта, что порой ты не затрудняешь себя размышлениями о последствиях своих поступков.

— Я не специально. – Крикнула я, а Эди ухватил меня за руку.

— Успокойся. Пойдём, сейчас мы ему ничем не поможем.

— Амир! – я рванулась к отвернувшемуся ректору, а Эди дёрнул меня обратно, прошипев на ухо: «Не трогай его сейчас».

— Я не хотела навредить! Я пыталась лишь проучить его, чтобы не приставал, а он не слушал.

— Ты просто избалованная, капризная девчонка, привыкшая, чтобы каждому твоему слову мгновенно повиновались! – Резко ответил Амир. –  Захотела проучить, но решила действовать исподтишка, вместо того, чтобы позвать кого-нибудь из преподавателей. Что для тебя важнее, избежать скандала или навредить другому человеку? Неужели нет иных способов избавиться от назойливых поклонников, Виолетта? Или травить их и сбрасывать с балкона – это самые верные методы, а иных просто не существует? – Ректор вдруг замолчал, а потом велел Эди, – Выведи её отсюда и проследи, чтобы Дин с Линдой не прикончили её прямо в коридоре.

Эди крепко схватил меня за руку и вытащил за дверь. Едва мы вышли, как ко мне бросилась Линда.

— Тварь! Ты убила его!

Я даже не успела отреагировать, а Эди уже отправил Линду в бессознательное состояние.

— Дин, она очнётся, когда мы уйдём. Отведёшь в общежитие.

Дин кивнул, не отрывая от меня колючего взгляда. Элинна подбежала с другой стороны, схватила меня за руку, и мы вышли на улицу, чтобы дойти до главного здания через сад.

— Летта, ну зачем ты полезла? Когда Амир злится, его вообще лучше не трогать, я ведь тебя предупредил.

— Эди, он меня ненавидит.

— Послушай, не в этом дело. Ты ведь понимаешь, что не единственная студентка в этой академии, а он за вас отвечает. Тому, кто стоит во главе, всегда тяжелее приходится. Он не может быть всегда и везде, и чтобы решить любой вопрос, нужно приложить усилия, это ведь не происходит само собой по щелчку пальцев. Амир не в состоянии вникать в детали личной жизни каждого, и при этом решать вопросы, связанные с учёбой, организацией, жизнью академии. Если у тебя с Истором возникли проблемы, если он приставал к тебе, почему ты раньше не подошла? Да просто бы мне сказала, и вопрос был бы уже решён.

— Эди, не было большой проблемы. Эти приставания, они оставались на уровне заигрываний, больше напоминали шутку, и стоило мне только сказать, как он тотчас же прекращал. Я не видела смысла идти и жаловаться на него. Это только сегодня Истор повёл себя слишком нагло.

— Нужно было сказать Элинне или Мелинде, они бы подали мне знак, а я бы его там прилюдно за уши оттаскал. У нас в академии не поощряется подобное поведение. Он за это и вылететь может, только бы очнулся сперва.

— Но на виду у всех, Эди!

— Слушай, вот тут я соглашусь с Амиром. Что для тебя важнее, Летта, скандал или человеческая жизнь?

— Как можно ставить вопрос подобным образом? Ведь я не знала, что капли вредны!

— Вопрос ставится подобным образом, потому что слишком много случаев лично я наблюдал, когда ради соблюдения внешних приличий людям попросту губили жизнь. Сегодняшнее происшествие — тоже яркий пример. Я полагал, тебе плевать на мнение вееров, что они там себе подумают, тем более повода ты не давала.

— Но как можно кричать на всю столовую, как можно…

— Зачем кричать? Я же уже сказал, как нужно было поступить. А с травами шутки плохи, мы у Мелинды заберём все эти её подарки от тётки.

— Она говорила, что капли безопасны. — Вставила слово Элинна.

— Они-то безопасны, а вот случай — штука очень опасная. — Парировал Эдвар.

— Амир теперь презирает меня, Эди.

— Глупости. Я видел людей, к которым Амир относился подобным образом, и поверь, он попросту не тратил на них своё время, прекращая всякое общение. С тобой всё иначе, хотя у тебя прекрасно получается выводить его из себя.

— Мне казалось, что мы поладили в последнее время, но я ошиблась, он даже вспомнил про один давний случай, который произошёл в аристократической академии.

— Не нужно было лезть к нему, и он бы тебя не отчитал.

— Но ведь ты не кричишь на меня.

— Я не несу ответственность за чужие жизни.

Я промолчала. Этого вопроса не хотелось касаться, проще было отвлекать себя разговорами о других вещах, чем думать о состоянии Истора. Я очень сильно боялась, что он не очнётся.

— Истор справится, — сказала вдруг Элинна, пожав мою руку, — он сильный. А сегодня произошёл несчастный случай, просто стечение обстоятельств.

— К сожалению, моя вина в этом есть. Надо было пресечь приставания Иста раньше, тогда не сложилась бы подобная ситуация. Мне правда казалось, что это больше напоминает игру, чем серьёзное увлечение. А эта ситуация с отбором и алкоголь… он просто выпустил чувства из под контроля.

— Я давно поняла, что ты ему очень нравишься. Ужасно, как всё сложилось, но сейчас мы ничего поделать не сможем.

Это была самая тягостная и долгая ночь, за которую я так и не смогла глаз сомкнуть. Стоило прикрыть веки, как перед внутренним взором возникало лицо Истора в тот момент, когда он выпил капли. Ближе к утру ко мне на кровать присела Мелинда.

— Не мучай себя, это случайность. – Она погладила меня по волосам.

— Никогда больше не буду так поступать. Я правда испорченная и привыкла действовать за спиной.

— Ты ведь исправляешься, а это главное.

— Как он там, Мелинда?

— До состязаний не узнаем. Ты поедешь или останешься в академии?

— Поедет она, нам ещё Зору нос утереть нужно. – Раздался с кровати голос Элинны. – Что ей тут сидеть и в одиночку страдать, Истор до вечера точно в себя не придёт, Диана говорила – сутки.

— Надо хотя бы попробовать поспать, Летта.

— Дай мне своих капель, Мелинда.

— Эдвар все забрал, а я после этого случая и вовсе боюсь их использовать, даже тёте написала, чтобы не присылала больше.

Я только вздохнула и закрыла глаза, чтобы ещё раз попытаться уснуть.

— Эй, куда? Первый курс садится вон в те повозки, а кто поедет на лошадях, вставайте с того краю. Не толпитесь вы на крыльце, спускайтесь вниз, будете садиться по очереди.

— Элинна, а участники где?

— Они отдельно поедут, в открытом экипаже, ректор и я с ними, давай тоже с нами? Тренера могут ехать вместе с командой, может наставления какие-нибудь дашь напоследок.

— Нет, я лучше в повозке.

— Не трусь, всё равно придётся с ним встретиться. Не сейчас, так на поле.

— Элинна, преподавателям какие места занимать?

Эди вышел на крыльцо и остановился рядом с нами, поглядывая на толпу гомонящих студентов.

— Вот список кто какую группу курирует. Здесь также места расчерчены, которые каждый займёт на трибунах. Вы за этот сектор отвечаете, а повозка третья.

Ладно, пошёл, увидимся на играх. Мелинда, ты где едешь?

— В вашей повозке, — девушка вдруг смущённо опустила глаза.

— Ну идём тогда. Летта, крепись. — Он потрепал меня по плечу и сбежал по ступенькам вниз.

— Летка, пошли. Вон наш экипаж стоит. Вот проклятье, Линда уже там. Давай подождём пока остальные усядутся.

— Элинна, — я подпрыгнула на месте, услышав позади голос ректора.

— Да, ректор Сенсарро? — староста быстро развернулась, незаметно оттесняя меня в сторонку.

Кажется её маневр от Амира не укрылся, а только привлёк ко мне внимание ректора. Мужчина окинул меня тяжёлым взглядом, но ничего не сказал.

— Участники уже собрались?

— Трёх человек нет.

— Замена?

— Они поедут вместе со всеми, а уже на месте пройдут с нами в шатёр.

— Хорошо. Виолетта, — обратился он ко мне.

— Да, ректор Сенсарро? — я хотела, чтобы голос прозвучал как можно твёрже, но попытка не удалась, а со стороны могло показаться, что я отчаянно робею.

— Замену Истору нашла?

— Да. Лика согласилась выступать, если Энтони вдруг не сможет.

Амир кивнул, посмотрел на устроившихся в повозках студентов и махнул рукой возницам. Телеги медленно потянулись по дороге к воротам академии, а мы спустились вниз и подошли к экипажу. Честно говоря, я такой видела впервые. Он был сдвоенный — состоял из двух открытых колясок, соединённых между собой. Двухместные скамьи располагались напротив друг друга. Линда сидела в той коляске, в которую были впряжены лошади, а мы с Элинной и ректором подошли ко второй. Амир протянул руку, помогая старосте забраться внутрь, потом подал ладонь мне. Несмотря на растерянность, я не показала виду, и приняла его помощь совершенно невозмутимо, спокойно устроившись на сиденье. Амир сел рядом, а Эля напротив. Я ощущала себя крайне скованно, потому что даже не знала, как вести себя после вчерашнего происшествия. Элинна повернулась в сторону крыльца, выглядывая припозднившихся участников.

— Вон они. — С облегчением в голосе сказала она, когда трое студентов выбежали из дверей академии. Двое быстро подошли к первой коляске, а Лика забралась в нашу и плюхнулась на сиденье рядом с Элинной. Я бы с удовольствием поменялась с ней местами. Присутствие Амира рядом действовало угнетающе, заставляя ещё острее ощущать собственную вину, тем более, что напротив сидела Лика, а не Истор.

Едва все устроились, как коляски тронулись в путь. Я отвернула голову, рассматривая проплывавшие мимо деревья и кусая губы от волнения. Никто не произносил ни слова, все нервничали перед играми и были слишком сосредоточены. Не зная, чем занять руки, взялась за застёжку браслета, расстегнула, а после снова застегнула её. Я проделывала это до тех пор, пока коляска не подскочила на кочке, а браслет не свалился с руки на пол. Я резко склонилась, пытаясь поймать его, и угодила прямо в руки Амира, поймавшего меня.

— Виолетта? — вопросительно посмотрел на меня ректор, усаживая обратно на сиденье и выпуская из захвата мою талию.

— Браслет уронила, — ответила я, выпрямляясь и провожая взглядом украшение, укатившееся под сиденье напротив.

— Остановимся и достанешь, — ответствовал Амир. — А сейчас лучше сосредоточиться на предстоящих испытаниях. Ничего не хочешь сказать участникам?

Я попыталась собраться, взять себя в руки, прокрутила в голове все советы, что могла бы дать, а потом немного повысила голос, привлекая внимание и тех, кто сидел впереди.

— Ваши соперники из аристократической академии приложат все силы ради победы, поскольку два года назад именно вы одержали верх. На вашем месте, в ходе заданий я бы выбросила из головы все посторонние мысли, не думая о том, что случится в случае проигрыша. Сосредоточьтесь на решении задачи, на том, что вы действительно умеете делать лучше всех остальных, ведь именно по этой причине вас отобрали в команду. Вы уже освоили всё необходимое в ходе тренировок, и пусть задания никогда не повторяются, но общий принцип тот же, а значит у вас всё получится.

Студенты молчали и внимательно вслушивались в мои слова. Я понимала, как сильно они сейчас волнуются, но не видела смысла давить на них ещё больше, утверждая, что выиграет или проиграет академия, зависит только от них. Думаю, ректор был со мной абсолютно согласен, потому что когда я замолчала, он продолжил:

— Не забудьте, что состязания – лишь дополнительный шанс устроить вашу жизнь, но он вовсе не единственный. И ещё один момент, студенты, — перед началом соревнований вы будете находится вместе в шатре. Внутри есть всё необходимое, а потому не берите и не покупайте ничего, что могут предложить посторонние. Полагаю, соперники попытаются вывести из строя хотя бы одного из наших игроков, а значит будьте предельно собраны и внимательны. И удачи всем вам!

Глава 3 — Состязания академий

Я мерила шатёр шагами, расхаживая из угла в угол. Участники тихо переговаривались, Мелинда с Амиром обсуждали последние приготовления, а я только мешалась у всех под ногами. Может и правда стоило остаться в академии и сидеть в лазарете возле Истора, а не ехать сюда на игры. Пока мы шли к шатру, я успела увидеть трибуны и места для высшей аристократии. А на них уже сидели те, с кем я не встречалась последние полгода: Эрин и мои родители. Настроение скатилось в пропасть, я нервничала и готова была взорваться подобному надувному шарику, к которому поднесли острую иглу. Я вновь отодвинула закрывавший вход полог и выглянула наружу, чтобы бросить ещё один взгляд на трибуны. Самый центр занимали король и придворные, включая Эрина, а родители сидели рядом с ним. Они ведь даже не знают, что я здесь, а может догадываются? Я вновь отпрянула назад, обхватила себя руками и подскочила на месте, когда на плечо легла чья-то ладонь.

— Летка, — позвала Элинна, — ты что так нервничаешь? Перепугаешь сейчас всех участников, а ну быстро успокойся, прямо сама на себя не похожа.

— Ты абсолютно права, я возьму себя в руки. Просто там родители, а ещё Эрин.

— Ну и что с того? Они ведь не бегут сюда к тебе с криками и требованиями.

— Да они, похоже, совсем забыли о моём существовании. Пришли спокойно на состязания, будто в их жизни ничего не изменилось, и всё как прежде.

— Ничего удивительного. Ты разве не была к этому готова? Они ведь тебе ни разу не написали за эти полгода.

— И даже не ответили ни на одно из тех писем, что отправила им я.

— Мы исправим эту ситуацию, Виолетта. – Сказал вдруг неслышно подошедший со спины Амир. – Сегодня же после игр.

— А что сегодня? – тут же поинтересовалась Элинна.

— Ничего, – отмахнулась я от любопытной старосты. – Иди, тебя Арктур зовёт.

Элинна тут же побежала к участнику, а я развернулась к Амиру.

— Сразу после игр отвезёте меня домой?

— Да. – Бесстрастно ответил ректор.

— А если мы победим, я не смогу даже разделить со всеми радость победы?

— Сможешь, если захочешь.

Я промолчала, а в следующий миг вздрогнула, когда снаружи раздался рёв фанфар.

— Началось? – спросила у Амира, подавляя сильнейшее желание вцепиться во что-нибудь более устойчивое, чем мои подрагивающие плечи.

— Да. – ректор обернулся к повскакивавшим с мест участникам и сделал знак рукой, а после откинул полог и пошёл наружу.

Я выглянула последней, не решаясь выходить вслед за командой в центр поля, но превосходно видя всё, что сейчас там происходило. Огромный парящий экран показывал все события, увеличивая в несколько раз лица участников. Обе команды выстроились напротив друг друга, во главе стояли ректоры академий со своими старостами.

Согласно обычаю, Зор и Амир должны были обменяться рукопожатием, однако Анделино не спешил направиться навстречу шагнувшему вперёд сопернику, демонстрируя полнейшее пренебрежение к традициям состязаний. Амир в ответ лишь улыбнулся и что-то сказал, отчего Зор плотнее сжал губы. Экран в это время приблизил их лица, а над полем прозвучали слова ведущего состязаний, усиленные магическим заклинанием:

— Поприветствуем ректоров двух лучших академий королевства: Зор Анделино! – Зор сдержанно кивнул головой, получив в ответ громкие аплодисменты своих аристократических болельщиков.

— Амиральд Сенсарро! – наш ректор отвесил поклон трибунам, заслужив радостный рёв вееров и недовольный гул со стороны аристократов.

— А теперь представление академий!

Зор наклонил голову и отступил на шаг, подавая Амиру знак начать первым. Амиральд развернулся лицом к центру поля и взмахнул обеими руками: земля вдруг задрожала, на трибунах послышались испуганные возгласы, и у всех на глазах, разрывая покрытую зелёной травкой почву, прорвался наружу огромный побег и устремился ввысь к солнцу. Он был невероятно большой и всё рос и рос, а по бокам появлялись серебряные листочки и на макушке наливался белоснежный бутон. Едва развернулся последний лист, как побег замер, а лепестки бутона медленно раскрылись, являя восторженным зрителям прекрасный снежный цветок – символ веерской академии. Чистое голубое небо вдруг заволокло тучами, словно в пасмурный день, и в окутавшей поле серой мгле цветок замерцал серебряным светом, а трибуны разразились восторженными ахами и охами, и даже аристократы хлопали в этот раз.

Амир ещё не завершил представление, как с неба на поле спикировала огромная огненная птица, не уступавшая размерами иллюзорному цветку. Воздух прорезал громкий пронзительный крик. Перья горели ярким огнём, затмившим серебряное мерцание цветка. Вновь раздались испуганные возгласы. Длинные крылья подняли ветер, примявший траву на поле, а люди пригибались вниз, пытаясь уберечься от пылающего создания. Только цветок даже не покачнулся. В следующую секунду птица схватила цепкими когтями нежный зелёный побег, вырывая его из земли, и воспарила в небо.

Меня до глубина души возмутило подобное кощунство, потому что чудесное растение было слишком прекрасно. Я видела улыбку на лице Зора и слышала раздавшийся на трибунах смех аристократов, а также недовольный ропот со стороны вееров, спустя секунду сменившийся громогласным хохотом, когда из нежного стебля вдруг выросли острые шипы, а огненная птица с криком выпустила цветок, поджимая окровавленные лапы, и ринулась обратно в небеса, затерявшись среди облаков. Цветок полетел вниз к земле и рассыпался миллиардом сверкающих снежинок, упавших на поле и устлавших его снежным ковром. Секунду спустя иллюзия растаяла, и солнечный свет вновь показался из рассеявшихся туч, а трибуны громко зааплодировали.

— Участники команд, займите ваши места! – раздался голос ведущего.

Пятеро вееров прошли на очерченные сектора с правой стороны поля, а аристократы заняли свои на левой половине.

Мне были хорошо знакомы все лица — Дерил Маквил, Элизар Тервудс, Лиза Эрвуд, Грин Тинкерелло и Гир Освальд. Все те, кто был отобран еще во времена, когда я исполняла обязанности старосты аристократической академии. А вот капитаном Грина выбрали уже без меня. Именно на его груди переливался синий капитанский значок, а сам парень уверенно прошёл вперёд в главный сектор.

Ректоры шагнули на квадратные возвышения, а старосты встали рядом, и по сигналу платформы взметнулись вверх. На трибунах воцарилась тишина, состязания начались.

Перед капитанами команд появились первые таблички. Я наблюдала за всем, что происходит на поле, на парящем экране. Стоило, наверное, подняться на трибуны, но я осталась с представителями нашей академии, которые охраняли шатёр, и заменой участников. Студенты рядом со мной даже дыхание затаили, читая название первого состязания: «Топь».

Дальше Грин повернулся к участникам, махнув рукой Дерилу. Я вспомнила, как превосходно Дерил и Элизар справились с первым состязанием во время отбора, а значит топь – это испытание на построение защиты. Во время последующих тренировок именно Элизар проявил потрясающую выдержку, и его поставили на испытание контроля над эмоциями. Я перевела взгляд на Арктура, который тоже обернулся к своим. Таблички возникли перед каждым игроком. Арктур показал условный знак Чати, и девушка приложила ладонь к тёмно-зелёной полупрозрачной поверхности. Звук сигнала – и имена испытуемых загорелись на экране, а вокруг участников выросли полупрозрачные грани куба.

Я даже немного пожалела, что не поднялась на трибуну, поскольку сквозь грани всё казалось слишком тёмным, экран показал ночь, а сверху видеть участников я не могла. В это время изображение на экране изменилось, и я наконец различила фигуры, подсвеченные магией. Вокруг них действительно царила ночь, а впереди мерцали блуждающие огоньки. Луна освещала болото, трясину, кочки и другой берег, куда нужно было добраться, чтобы справиться с заданием.

Я переживала за Чати, которая, сделав осторожный шаг вперёд, внезапно покачнулась и быстро отступила на прежнее место. Впереди не было твёрдой почвы, а девушка должна была пройти по болоту до другого берега. Для этого требовалось применить особую сложную защиту. Судя по тому, что девушка едва не оказалась в трясине, простое уплотнение водной структуры под ногами не сработало. Я предположила, что топь попросту засасывала более плотные объекты, вне зависимости от того, созданы они магией или нет.

Дерил в это время совершил прыжок вперёд, покачнулся немного, выбросив руки в стороны, но устоял. Сообразительный! Прыгнул на кочку, вот только следующая оказалась слишком далеко, и парень замер на месте. Чати вдруг выставила вперёд руки, поднялась на цыпочки и побежала. Под её ногами вспыхивали разноцветные круги. Умница! Воспользовалась заклинанием террено, заколдовав ряску на поверхности воды. Всё верно, раз не работает магия инородных объектов, нужно использовать только то, что родственно болотной среде. На долю секунды уплотнённые зелёные участки удерживали легкую как пёрышко девушку на поверхности, и этим Чати и воспользовалась. Один минус был у данной формы защиты – она требовала слишком много сил… Стоило мне только подумать об этом, как девушка совершила последний прыжок и её нога подвернулась. Я выдохнула, закрывая рот руками, с ужасом ожидая, что сейчас участницу затянет трясина, но, оказалось, Чати прыгнула на кочку, и теперь едва удержалась на месте, балансируя на одной ноге.

Дерил тоже не терял времени, пока соперница преодолевала свой путь по болоту. Похоже, он всё это время формировал защиту, повторявшую структуру кочек. Очень умно, не придерёшься. Впрочем, он и правда талантливый маг, с сильным защитным даром. Поскольку кочки прекрасно растут на болоте, то и созданная структура сможет выдержать вес тела не маленького парня. Помимо этого Дерил создал кочки на некотором расстоянии так, чтобы они перемежались с настоящими, а теперь оттолкнувшись ногами от земли, прыгнул на первый болотный выплавок и дальше, направляясь к противоположному берегу. Благодаря хорошо рассчитанному пути и настоящим твёрдым островкам, которые перемежались с искусственными, защита не тянула из парня уйму сил.

Уже когда до цели оставалось преодолеть всего треть пути, Чати обрела равновесие и опять протянула ладони вперёд. У неё уже не оставалось выбора и времени на раздумья, чтобы опередить соперника приходилось воспользоваться прежним методом. Девушка вновь побежала по воде, а я сжала пальцы со всей силы, прекрасно представляя, как ей должно быть плохо сейчас, когда вся энергия уходит на одно из самых затратных заклинаний. Про Дерила я даже не вспоминала, не отрывая взгляд от девушки. Однако в тот миг, когда оба соперника приблизились к заветной цели, экран показал их двоих, и секунду спустя оба прыгнули на берег. Девушка свалилась без чувств, а Дерил упал на колени и не смог подняться. Грани растаяли, а на поле появились целители, бросившиеся к обоим участникам и унесшие их в отдельно стоящую белую палатку. Голос ведущего привлёк моё внимание.

— Итак, победа в первом конкурсе достаётся… — он выдержал паузу, а экран в это время вновь показывал финальный прыжок обоих участников, — аристократической академии!

— Опередил на долю секунду, — выдохнула рядом со мной Эниса, остальные её слова заглушил гром аплодисментов с трибун аристократов.